Почему державин назвал оду фелица. Сочинение анализ оды державина фелица

Фелица. Державин Г.Р. Анализ оды

Почему державин назвал оду фелица. Сочинение анализ оды державина фелица

Ода «Фелица» (1782) – первое стихотворение, сделавшее имя Гаврилы Романовича Державина знаменитым, ставшее образцом нового стиля в русской поэзии.

Свое название ода получила от имени героини «Сказки о царевиче Хлоре», автором которой была сама Екатерина и этим именем, которое в переводе с латинского значит счастье, она названа и в оде Державина, прославляющей императрицу и сатирически характеризующей ее окружение. История этого стихотворения весьма интересна и показательна.

Написано оно было за год до публикации, но сам Державин не хотел его печатать и даже скрывал авторство. И вдруг в 1783 г. Петербург облетела новость: появилась анонимная ода «Фелица», где были выведены в шуточной форме пороки известных вельмож, приближенных Екатерины II, которой ода была посвящена.

Петербургские жители были немало удивлены смелостью неизвестного автора. Оду старались достать, прочесть, переписать. Княгиня Дашкова, приближенная императрицы, решилась напечатать оду, Кричем именно в том журнале, где сотрудничала сама Екатерина II.Ha следующий день Дашкова застала императрицу всю в слезах, а в руках у нее был журнал с державинской одой.

Императрица поинтересовалась, кто написал стихотворение, в котором, как она сама сказала, так точно ее изобразил, что растрогал до слез. Так рассказывает эту историю Державин.В «Фелице» Державин выступил как смелый новатор, сочетающий стиль хвалебной оды с индивидуализацией персонажей и сатирой, внося в высокий жанр оды элементы низких стилей.

Впоследствии сам поэт определил жанр «Фелицы» как «смешанную оду». Державин утверждал, что, в отличие от традиционной для классицизма оды, где восхвалялись государственные лица, военачальники, воспевались торжественного события, в «смешанной оде», «стихотворец может говорить обо всем».

 Читая стихотворение «Фелица», убеждаешься, что Державину, действительно, удавалось вносить в поэзию смело взятые из жизни или созданные воображением индивидуальные характеры реальных людей, показанных на фоне колоритно изображенной бытовой обстановки. Это делает его стихи яркими, запоминающимися и понятными не только для людей его времени.

И сейчас мы можем с интересом читать стихотворения этого замечательного поэта, отделенного от пас огромной дистанцией в два с половиной столетия. Классицизм запрещал соединять в одном произведении высокую оду и сатиру, относящуюся к низким жанрам.

Но Державин даже не просто их сочетает в характеристике разных лиц, выведенных в оде, он делает нечто совсем небывалое для того времени. «Богоподобная» Фелица, как и другие персонажи в его оде, тоже показана обытовленно («Почасту ходишь ты пешком…»).

Вместе с тем, такие подробности не снижают ее образ, а делают более реальным, человечным, как будто точно списанным с натуры.Но далеко ие всем это стихотворение понравилось так же, как императрице. Многих современников Державина оно озадачило и встревожило.

Что же было в нем такого необычного и даже опасного?С одной стороны, в оде «Фелица» создается вполне традиционный образ «богоподобной царевны», в котором воплощено представление поэта об идеале преосвященного монарха.

Явно идеализируя реальную Екатерину II, Державин в то же время верит в нарисованный им образ:Подай, Фелица, наставленье:Как пышно и правдиво жить,Как укрощать страстей волненьеИ счастливым на свете быть?С другой стороны, в стихах поэта звучит мысль не только о мудрости власти, но и о нерадивости исполнителей, озабоченных своей выгодой:Везде соблазн и лесть живет,Пашей всех роскошь угнетает.Где ж добродетель обитает?Где роза без шипов растет?Сама по себе эта мысль не была новой, но за образами вельмож, нарисованных в оде, явно проступали черты реальных людей:Кружу в химерах мысль мою:То плен от персов похищаю,То стрелы к туркам обращаю:То, возмечтав, что я султан,Вселенну устрашаю взглядом;То вдруг, прельщался нарядом,Скачу к портному по кафтан.В этих образах современники поэта без труда узнавали фаворита императрицы Потемкина, ее приближенных Алексея Орлова, Панина, Нарышкина. Рисуя их ярко сатирические портреты, Державин проявил большую смелость – ведь любой из задетых им вельмож мог разделаться за это с автором. Только благосклонное отношение Екатерины спасло Державина.Но даже императрице он осмеливается дать совет: следовать закону, которому подвластны как цари, так и их подданные:Тебе единой лишь пристойно,Царевна, свет из тьмы творить;Деля Хаос на сферы стройно,Союзом целость их крепить;Из разногласия – согласьеИ из страстей свирепых счастьеТы можешь только созидать.Эта любимая мысль Державина звучала смело и высказана она была простым и попятным языком.Заканчивается стихотворение традиционной хвалой императрице и пожеланием ей всех благ:Да, их простря сафирны крылы,От всех болезней, зол и скуки;Да дел твоих в потомстве звуки,Как в небе звезды, возблестят.

Ода “Фелица”[1]

Богоподобная царевнаКиргиз-Кайсацкия орды[2]!Которой мудрость несравненнаОткрыла верные следыЦаревичу младому ХлоруВзойти на ту высоку гору,Где роза без шипов растет,Где добродетель обитает, —Она мой дух и ум пленяет,

Подай найти ее совет.

Подай, Фелица! наставленье:Как пышно и правдиво жить,Как укрощать страстей волненьеИ счастливым на свете быть?Меня твой голос возбуждает,Меня твой сын препровождает[3];Но им последовать я слаб.Мятясь житейской суетою,Сегодня властвую собою,

А завтра прихотям я раб.

Мурзам твоим не подражая[4],Почасту ходишь ты пешком,И пища самая простаяБывает за твоим столом;Не дорожа твоим покоем,Читаешь, пишешь пред налоем[5]И всем из твоего пераБлаженство смертным проливаешь;Подобно в карты не играешь,

Как я, от утра до утра.

Не слишком любишь маскарады,А в клоб не ступишь и ногой;Храня обычаи, обряды,Не донкишотствуешь собой;Коня парнасска не седлаешь[6],К духам в собранье не въезжаешь,Не ходишь с трона на Восток[7];Но кротости ходя стезею,Благотворящею душою,Полезных дней проводишь ток.А я, проспавши до полудни[8],Курю табак и кофе пью;Преобращая в праздник будни,Кружу в химерах мысль мою:То плен от персов похищаю,То стрелы к туркам обращаю;То, возмечтав, что я султан,Вселенну устрашаю взглядом;То вдруг, прельщаяся нарядом,

Скачу к портному по кафтан.

Или в пиру я пребогатом,Где праздник для меня дают,Где блещет стол сребром и златом,Где тысячи различных блюд:Там славный окорок вестфальской,Там звенья рыбы астраханской,Там плов и пироги стоят,Шампанским вафли запиваю;И все на свете забываю

Средь вин, сластей и аромат.

Или средь рощицы прекраснойВ беседке, где фонтан шумит,При звоне арфы сладкогласной,Где ветерок едва дышит,Где все мне роскошь представляет,К утехам мысли уловляет,Томит и оживляет кровь;На бархатном диване лежа,Младой девицы чувства нежа,

Вливаю в сердце ей любовь.

Или великолепным цугом[9]В карете англинской, златой,С собакой, шутом или другом,Или с красавицей какойЯ под качелями гуляю;В шинки пить меду заезжаю;Или, как то наскучит мне,По склонности моей к премене,Имея шапку набекрене,

Лечу на резвом бегуне[10].

Или музыкой и певцами,Органом и волынкой вдруг,Или кулачными бойцами[11]И пляской веселю мой дух;Или, о всех делах заботуОставя, езжу на охотуИ забавляюсь лаем псов[12];Или над невскими брегамиЯ тешусь по ночам рогами[13]

И греблей удалых гребцов.

Иль, сидя дома, я прокажу[14],Играя в дураки с женой;То с ней на голубятню лажу,То в жмурки резвимся порой;То в свайку с нею веселюся,То ею в голове ищуся;То в книгах рыться я люблю,Мой ум и сердце просвещаю,Полкана и Бову читаю[15];

За библией, зевая, сплю.

Таков, Фелица, я развратен!Но на меня весь свет похож.Кто сколько мудростью ни знатен,Но всякий человек есть ложь[16].Не ходим света мы путями,Бежим разврата за мечтами.Между лентяем и брюзгой[17],Между тщеславья и порокомНашел кто разве ненароком

Путь добродетели прямой.

Нашел,— но льзя ль не заблуждатьсяНам, слабым смертным, в сем пути,Где сам рассудок спотыкатьсяИ должен вслед страстям идти;Где нам ученые невежды,Как мгла у путников, тмят вежды?Везде соблазн и лесть живет,Пашей всех роскошь угнетает.—Где ж добродетель обитает?

Где роза без шипов растет?

Тебе единой лишь пристойно,Царевна! свет из тьмы творить;Деля Хаос на сферы стройно[18],Союзом целость их крепить;Из разногласия согласьеИ из страстей свирепых счастьеТы можешь только созидать.Так кормщик, через понт плывущий,Ловя под парус ветр ревущий,

Умеет судном управлять.

Едина ты лишь не обидишь,Не оскорбляешь никого,Дурачествы сквозь пальцы видишь,Лишь зла не терпишь одного;Проступки снисхожденьем правишь,Как волк овец, людей не давишь,Ты знаешь прямо цену их.Царей они подвластны воле,—Но богу правосудну боле,

Живущему в законах их.

Ты здраво о заслугах мыслишь,Достойным воздаешь ты честь,Пророком ты того не числишь,Кто только рифмы может плесть,А что сия ума забаваКалифов добрых честь и слава.Снисходишь ты на лирный лад:Поэзия тебе любезна,Приятна, сладостна, полезна,

Как летом вкусный лимонад.

Слух идет о твоих поступках,Что ты нимало не горда;Любезна и в делах и в шутках,Приятна в дружбе и тверда;Что ты в напастях равнодушна,А в славе так великодушна,Что отреклась и мудрой слыть[19].Еще же говорят неложно,Что будто завсегда возможно

Тебе и правду говорить.

Неслыханное также дело,Достойное тебя одной,Что будто ты народу смелоО всем, и въявь и под рукой,И знать и мыслить позволяешь[20],И о себе не запрещаешьИ быль и небыль говорить;Что будто самым крокодилам,Твоих всех милостей зоилам,

Всегда склоняешься простить.

Стремятся слез приятных рекиИз глубины души моей.О! коль счастливы человекиТам должны быть судьбой своей,Где ангел кроткий, ангел мирной,Сокрытый в светлости порфирной,С небес ниспослан скиптр носить!Там можно пошептать в беседах[21]И, казни не боясь, в обедах

За здравие царей не пить.

Там с именем Фелицы можноВ строке описку поскоблить,Или портрет неосторожноЕе на землю уронить.Там свадеб шутовских не парят,В ледовых банях их не жарят,Не щелкают в усы вельмож;Князья наседками не клохчут,Любимцы въявь им не хохочут

И сажей не марают рож.

Ты ведаешь, Фелица! правыИ человеков и царей;Когда ты просвещаешь нравы,Ты не дурачишь так людей;В твои от дел отдохновеньиТы пишешь в сказках поученьи[22]И Хлору в азбуке твердишь:«Не делай ничего худого[23],И самого сатира злого

Лжецом презренным сотворишь».

Стыдишься слыть ты тем великой,Чтоб страшной, нелюбимой быть;Медведице прилично дикойЖивотных рвать и кровь их лить.Без крайнего в горячке бедстваТому ланцетов[24] нужны ль средства,Без них кто обойтися мог?И славно ль быть тому тираном,Великим в зверстве Тамерланом[25],

Кто благостью велик, как бог?

Фелицы слава, слава бога,Который брани усмирил[26];Который сира и убогаПокрыл, одел и накормил;Который оком лучезарнымШутам, трусам, неблагодарнымИ праведным свой свет дарит;Равно всех смертных просвещает,Больных покоит, исцеляет,

Добро лишь для добра творит.

Который даровал свободу[27]В чужие области скакать,Позволил своему народуСребра и золота искать;Который воду разрешаетИ лес рубить не запрещает;Велит и ткать, и прясть, и шить;Развязывая ум и руки,Велит любить торги, науки

И счастье дома находить;

Которого закон, десницаДают и милости и суд.—Вещай, премудрая Фелица!Где отличен от честных плут?Где старость по миру не бродит?Заслуга хлеб себе находит?Где месть не гонит никого?Где совесть с правдой обитают?Где добродетели сияют?—

У трона разве твоего!

Но где твой трон сияет в мире?Где, ветвь небесная, цветешь?В Багдаде? Смирне? Кашемире? —Послушай, где ты ни живешь,—Хвалы мои тебе приметя,Не мни, чтоб шапки иль бешметяЗа них я от тебя желал.Почувствовать добра приятствоТакое есть души богатство,

Какого Крез не собирал.

Прошу великого пророка,Да праха ног твоих коснусь,Да слов твоих сладчайша токаИ лицезренья наслаждусь!Небесные прошу я силы,Да, их простря сафирны крылы,Невидимо тебя хранятОт всех болезней, зол и скуки;Да дел твоих в потомстве звуки,

Как в небе звезды, возблестят.

1782

_____________________________________
1. Впервые ода напечатана в журнале «Собеседник», 1783, ч. 1, стр. 5, без подписи, под заглавием: «Ода к премудрой киргизкайсацкой царевне Фелице, писанная татарским мурзою, издавна поселившимся в Москве, а живущим по делам своим в Санктпетербурге. Переведена с арабского языка 1782». (вернуться)

Источник: https://uskazok.ru/felica-derzhavin-g-r-analiz-ody/

Анализ оды «Фелица» Г.Р. Державина

Почему державин назвал оду фелица. Сочинение анализ оды державина фелица

Гавриила Романович Державин — настоящий Гений, который, впрочем, добился успеха на литературном поприще, будучи уже взрослым состоявшимся человеком. Своей дерзкой искренностью он умел и покорять, и разрушать покой. Удивительная честность возвела его на вершину славы, а затем так же стремительно «сбросила» поэта с Олимпа.

Небогатый и незнатный дворянин, он честно и искренно служил, как это позже скажет А.С. Пушкин в «Капитанской дочке», «честно, кому присягнёшь». Державин прошёл сложный путь простого солдата, добившись, впрочем, и признания, и офицерского чина без чьей-либо помощи. Он участвует в подавлении Пугачёвского восстания, и это приносит ему известность.

Интеллигентный офицер, прежде издававший целые сборники неоднозначных стихотворений, написанных непривычным для того времени языком, оставался незамеченным в качестве литератора до тех пор, пока, покорённый открытостью императрицы Екатерины II, её делами на благо России, он не создаёт дерзкую оду «Фелица».

Учитель проверяет на плагиат? Закажи уникальную работу у нас за 250 рублей! Более 700 выполненных заказов! Напишем в день заказа!

Связаться с нами:

Заказать уникальную работу

Имена героев выбраны неслучайно: молодой поэт позаимствовал их из поучающей сказки, лично сочинённой императрицей для своего внука. Эта аллюзия позже положит начало целому циклу од, посвящённых Фелице, но именно с той, первой и едва ли не важнейшей в творчестве поэта, связан колоссальный прорыв в области поэтического искусства.

Как известно, Г.Р. Державин жил в то время, когда величайшие деятели литературы, «парнасские титаны», придерживались строгих рамок классицизма. Лишь во второй половине 18 века М. Ломоносов, А. Майков, М. Херасков и другие литераторы начинают отступать от этих традиций, но не делают этого с таким размахом, с такой лёгкостью, которой это удастся Державину.

Ему принадлежит выражение «забавный русский слог». Действительно, «о добродетелях Фелицы» он возвестит в жанре оды — в высоком стиле, прибегая к помощи высокой духовной материи. И в это же самое время поэт растерзает привычные каноны, будто разорвёт листок бумаги.

Тема оды — общественно-политическая. Державин, участвовавший в подавлении восстания Емельяна Пугачёва, не понаслышке узнал, что такое «бессмысленный и беспощадный» русский бунт; он своими глазами увидел и прочувствовал, с каким неприятием народ настроен к русскому дворянству.

Но поэт не призывал к освобождению крестьянства — он понимал, что Россия захлебнётся в крови, в первую очередь дворянской, так как вчерашние рабы примутся мстить своим угнетателям.

Именно поэтому Державин видит спасение в просвещённом абсолютизме, где строгое и неукоснительное соблюдение законов, правление, при котором будет отсутствовать произвол властей. Только так можно оградить Империю от новых бунтов, от новых бессмысленных жертв.

Образ такой правительницы поэт находит в Екатерине II. Ода «Фелица» — это не создание морока богоизбранной государыни, но живой и искренний восторженный отклик на деятельность императрицы.

С одной стороны, это произведение бессюжетно, так как действие в нём не развивается. И в то же время в нём есть некая стремительность, мгновенность: так, при обилии образов чувств, в нём обнаруживаются образы событий; поэт в хронологической последовательности описывает увеселения придворных Екатерины, впрочем, как и быт императрицы.

Композиция оды непоследовательна; в ней создаётся центральный образ, воплощением которого выступает «богоподобная царевна», и развивается на протяжении всего повествования, рассматривается со всех сторон. При этом применяется приём антитезы: добродетели Фелицы противопоставляются праздности и низости её «мурз».

«Фелица» написана четырёхстопным ямбом с заменой стоп ямба пиррихием. Державин обращается к классической одической десятистрочной строфе со сложной рифмовкой (сперва перекрёстная, затем попарная, затем кольцевая); поэт чередует мужскую и женскую рифмы.

Выразительные средства оды отличаются потрясающим воображение разнообразием. Основным поэтическим приёмом становятся упомянутая выше антитеза, а также аллюзии — на графа Орлова, П. Панина и т.д. Державин обращается к возвышенному слогу, а потому в оде огромное место уделено церковнославянским словам.

«Фелица» небогата метафорами («жарить в ледовых банях»), зато изобилует эпитетами («арфа сладкогласая», «сафирны крылы», «лжецом презренным»), сравнениями («ангел кроткий», сравнение императрицы с кормщиком, «как волк овец, людей не давишь»), гиперболами (характерно для поэтического настроения оды в целом).

Среди стилистических фигур особенно выделяются инверсия и градация («приятна, сладостна, полезна»). Особняком стоят приём иронии, переходящей в сарказм. Они проявляются в строфах, где лирический герой описывает собственные увеселения, указывая всё же, что он, герой, развратен, но и «весь свет такой».

Это замечание позволяет подчеркнуть величие и добродетельность императрицы, подданные которой недостойны служить ей.

В этой оде впервые происходит смешение стилей: в торжественном произведении вдруг обнаруживаются черты «низкого» стиля — сарказма. Кроме того, это первая в истории русской литературы ода, где так отчётливо проявляется образ автора, где высказывается его личное мнение.

Державин изображает себя в образе лирического героя, недостойного чести служить просвещённой государыни, которая чурается высоких титулов, пышных празднеств, недостойных благородного человека увеселений, роскоши; Фелице несвойственны жестокость и несправедливость.

Поэт изображает императрицу в качестве богобоязненной правительницы, которую интересует благополучие её народа — недаром в оде появляется сравнение с ангелом, ниспосланным на землю управлять государством Российским.

Дерзкая, индивидуальная, яркая похвала, которую сам Гавриила Романович определял как «смешанную оду», была с восторгом принята государыней. Новаторство Державина позволило отбросить строгие и недоступные широкому кругу читателей рамки классицизма.

Оригинальность произведения, его богатейший и привлекательный язык в дальнейшем получат широчайшее распространение; тенденция получит развитие в творчестве сначала В. Жуковского, а затем и главного «реформатора» русского литературного языка А.С. Пушкина.

Таким образом, державинская «Фелица» предвосхищает появление романтического направления в русской литературе.

Источник: https://sochinyalka.ru/2017/01/analiz-ody-felica-derzhavina.html

Анализ оды “Фелица” Державина Г. Р

Почему державин назвал оду фелица. Сочинение анализ оды державина фелица

История создания. Ода “Фелица” (1782), первое стихотворение, сделавшее имя Гавриила Романовича Державина знаменитым. Оно стало ярким образцом нового стиля в русской поэзии. В подзаголовке стихотворения уточняется: “Ода к премудрой Киргиз-кайсацкой царевне Фелице, писанная Татарским Мурзою, издавна поселившимся в Москве, а живущим по делам своим в Санкт-Петербурге.

Переведена с арабского языка”. Свое необычное название это произведение получило от имени героини “Сказки о царевиче Хлоре”, автором которой была сама Екатерина II.

Этим именем, которое в переводе с латинского значит счастье, она названа и в оде Державина, прославляющей императрицу и сатирически ха-рактеризующей ее окружение.

Известно, что сначала Державин не хотел печатать это стихотворение и даже скрывал авторство, опасаясь мести влиятельных вельмож, сатирически изображенных в нем.

Но в 1783 году оно получило широкое распространение и при содействии княгини Дашковой, приближенной императрицы, было напечатано в журнале “Собеседник любителей русского слова”, в котором сотрудничала сама Екатерина II. Впоследствии Державин вспоминал, что это стихотворение так растрогало императрицу, что Дашкова застала ее в слезах.

Екатерина II пожелала узнать, кто написал стихотворение, в котором так точно ее изобразил. В благодарность автору она послала ему золотую табакерку с пятьюстами червонцами и выразительной надписью на пакете: “Из Оренбурга от Киргизской Царевны мурзе Державину”.

С того дня к Державину пришла литературная слава, которой до того не знал ни один русский поэт. Основные темы и идеи. Стихотворение “Фелица”, написанное как шутливая зарисовка из жизни императрицы и ее окружения, вместе с тем поднимает очень важные проблемы.

С одной стороны, в оде “Фелица” создается вполне традиционный образ “богоподобной царевны”, в котором воплощено представление поэта об идеале просвещенного монарха.

Явно идеализируя реальную Екатерину II, Державин в то же время верит в нарисованный им образ: Подай, Фелица, наставленье: Как пышно и правдиво жить, Как укрощать страстей волненье

И счастливым на свете быть?

С другой стороны, в стихах поэта звучит мысль не только о мудрости власти, но и о нерадивости исполнителей, озабоченных своей выгодой: Везде соблазн и лесть живет, Пашей всех роскошь угнетает. Где ж добродетель обитает?

Где роза без шипов растет?

Сама по себе эта мысль не была новой, но за образами вельмож, нарисованных в оде, явно проступали черты реальных людей: Кружу в химерах мысль мою: То плен от персов похищаю, То стрелы к туркам обращаю; То, возмечтав, что я султан, Вселенну устрашаю взглядом; То вдруг, прельщался нарядом.

Скачу к портному по кафтан.

В этих образах современники поэта без труда узнавали фаворита императрицы Потемкина, ее приближенных Алексея Орлова, Панина, Нарышкина.

Рисуя их ярко сатирические портреты, Державин проявил большую смелость – ведь любой из задетых им вельмож мог разделаться за это с автором. Только благосклонное отношение Екатерины спасло Державина.

Но даже императрице он осмеливается дать совет: следовать закону, которому подвластны как цари, так и их подданные:

Тебе единой лишь пристойно, Царевна, свет из тьмы творить; Деля Хаос на сферы стройно, Союзом целость их крепить; Из разногласия – согласье И из страстей свирепых счастье

Ты можешь только созидать.

Эта любимая мысль Державина звучала смело, и высказана она была простым и понятным языком. Заканчивается стихотворение традиционной хвалой императрице и пожеланием ей всех благ: Небесные прошу я силы, Да, их простря сапфирны крылы, Невидимо тебя хранят От всех болезней, зол и скуки; Да дел твоих в потомстве звуки,

Как в небе звезды, возблестят.

Художественное своеобразие. Классицизм запрещал соединять в одном произведении высокую оду и сатиру, относящуюся к низким жанрам, Но Державин даже не просто их сочетает в характеристике разных лиц, выведенных в оде, он делает нечто совсем небывалое для того времени.

Нарушая традиции жанра хвалебной оды, Державин широко вводит в нее разговорную лексику и даже просторечия, но самое главное – рисует не парадный портрет императрицы, а изображает ее человеческий облик.

Вот почему в оде оказываются бытовые сцены, натюрморт; Мурзам твоим не подражая, Почасту ходишь ты пешком, , И пища самая простая

Бывает за твоим столом.

“Богоподобная” Фелица, как и другие персонажи в его оде, тоже показана обытовленио (“Не дорожа свои покоем, / Читаешь, пишешь под налоем…”).

Вместе с тем такие подробности не снижают ее образ, а делают более реальным, человечным, как будто точно списанным с натуры.

Читая стихотворение “Фелица”, убеждаешься, что Державину действительно удалось внести в поэзию смело взятые из жизни или созданные воображением индивидуальные характеры реальных людей, показанных на фоне колоритно изображенной бытовой обстановки.

Это делает его стихи яркими, запоминающимися и понятными.
Таким образом, в “Фелице” Державин выступил как смелый новатор, сочетающий стиль хвалебной оды с индивидуализацией персонажей и сатирой, внося в высокий жанр оды элементы низких стилей.

Впоследствии сам поэт определил жанр “Фелицы” как смешанную оду.

Державин утверждал, что, в отличие от традиционной для классицизма оды, где восхвалялись государственные лица, военачальники, воспевались торжественные србытия, в “смешанной оде” “стихотворец может говорить обо всем”.

Разрушая жанровые каноны классицизма, он открывает этим стихотворением путь для новой поэзии – “поэзии действительное™”, которая получила блестящее развитие в творчестве Пушкина.
Значение произведения.

Сам Державин впоследствии отмечал, что одна из основных его заслуг в том, что он “дерзнул в забавном русском слоге о добродетелях Фелицы возгласить”. Как справедливо указывает исследователь творчества поэта В. Ф.

Ходасевич, Державин гордился “не тем, что открыл добродетели Екатерины, а тем, что первый заговорил “забавным русским слогом”.

Он понимал, что его ода – первое художественное воплощение русского быта, что она – зародыш нашего романа. И, быть может, – развивает свою мысль Ходасевич, – доживи “старик Державин” хотя бы до первой главы “Онегина”, – он услыхал бы в ней отзвуки своей оды”.

Loading…
Анализ оды “Фелица” Державина Г. Р« Характеристика героя Вернер, Герой нашего времени, ЛермонтовХарактеристика образа Фильки в произведении “Повесть о первой любви” »

Источник: https://lit.ukrtvory.ru/analiz-ody-felica-derzhavina-g-r/

Анализ оды «К Фелице» (Г. Р. Державин) | Литрекон

Почему державин назвал оду фелица. Сочинение анализ оды державина фелица

Самый Зелёный · 16.05.2019

Гавриил Романович Державин – русский поэт XVIII века. В своих работах он придерживался такого направления, как классицизм, и часто обращался к жанру оды. Поначалу на его творчество влияли произведения предшественников, в частности, А. П. Сумарокова и М. В.

Ломоносова. Где-то в начале 80-х годов XVIII века начинается самостоятельный поэтический путь Державина. Он как бы реформирует классицистические традиции, используя в своих одах более звучный и эмоциональный язык и смешение высокого стиля речи с просторечным.

 

История создания 

Ода «К Фелице» стала одним из самых знаковых произведений Державина. История публикации этого произведения весьма интересна. Изначально поэт не хотел его печатать, так как в тексте он смело и сатирически изображает фаворитов Екатерины II.

Он даже хотел опубликоваться под псевдонимом, потому что боялся мести вельмож. Но в 1783 году ода быстро распространилась среди аристократических кругов и дошла до императрицы. На удивление, та оценила содержательную часть и новаторские методы Державина.

При ее содействии работа «К Фелице» была напечатана в новом литературном журнале княгини Е. Р. Дашковой «Собеседник любителей русского слова».

Сама Екатерина II пожаловала золотую табакерку с пятьюстами червонцами и довольно саркастической надписью: «Из Оренбурга от Киргизской Царевны мурзе Державину».

Кому посвящена ода «К Фелице»? В произведении есть подзаголовок: 

«Ода к премудрой Киргиз-кайсацкой царевне Фелице, писанная Татарским Мурзою, издавна поселившимся в Москве, а живущим по делам своим в Санкт-Петербурге. Переведена с арабского языка». 

Автор использует имя «Фелица» неслучайно – так звали героиню «Сказки о царевиче Хлоре», написанной самой Екатериной II. Таким образом, он практически прямолинейно говорит, к кому обращается в оде.

Широкая публика узнает о поэте в 1782 году после публикации оды «К Фелице». Державин получает императорское признание своего таланта.

После этого он занимается более патриотичными одами, и в печать выходят «На взятие Измаила», «Водопад», «На смерть князя Мещерского» и другие. Кроме того, он увлекается переводами античной поэзии.

Впоследствии он начал писать свои собственные стихотворения, основанные на произведениях древних авторов, однако он добавлял туда национальный колорит – русский быт и родные пейзажи.

Одним из самых знаменитых трудов поздней лирики Державина является стихотворение «Памятник», написанное в 1795 году. Здесь он выражает свое видение одной из вечных проблем – памяти человека и памяти о человеке. 

Жанр, направление, размер

Жанром, в котором написано произведение «К Фелице», является ода – хвалебная, торжественная песнь, посвященная какому-либо герою или событию государственной значимости.

И хотя Державин не придерживался строго классицистических канонов, «К Фелице» относится именно к этому направлению. Поэт восхваляет императрицу и признает ее заслуги, однако он обращает внимание на ее жесткость в отношении поданных. Подобные темы не могли быть в похвальной песне.

Кроме этого, сатирический оттенок произведения приближает его к такому литературному жанру, как травестия – это пародирование различных жанров, где происходит смешение высокой лексики с бытовой, разговорной, а героические персонажи становятся более простыми, низменными.

Сам поэт считал это своей главной заслугой и называл «забавным русским слогом». Державин также расширяет тематическое содержание жанров. Ранее в одах всегда звучали государственная мысль, восхваление правителя, интересы отечества. Державин же привносит что-то личное, интимное, чувственное, повседневное.

Пожалуй, его творчество в какой-то мере находится на стыке классицизма и сентиментализма. 

Размер, которым написана ода, – четырехстопный ямб с пиррихием. Это помогает автору поддерживать общую интонацию произведения – восторженность и торжественность. 

Композиция

Композиция оды неоднородна и непоследовательна: в тексте присутствует центральный образ «богоподобной царевны», который развивается на протяжении всего произведения; ему противопоставлены её «мурзы» и сам лирический герой. Поэтому отсюда следует вывод, в основе композиции лежит такой прием, как антитеза.

Образы героев

Система образов в оде «К Фелице» весьма многогранна.

  1. Фелица – центральный образ в произведении. Он очень многоплановый, что нехарактерно для классицистического направления. В отличие от предшественников, Державин не создает безликий облик героини, а как будто рисует портрет реального человека. Он упоминает привычки и занятия Фелицы, ее образ жизни, например: «Почасту ходишь ты пешком, / И пища самая простая / Бывает за твоим столом». Поэтому очень легко понять, к кому из действительно существующих людей обращается поэт, пускай он и не описывает внешность персонажа. Изображение Фелицы лишено гнева и откровенного осуждения: в нем преувеличены положительные черты, но отрицательные упоминаются вне связи с царицей. Они как будто больше свойственны окружению и системе в целом, чем самой Екатерине Второй.
  2. В тексте присутствует образ лирического героя («татарского мурзы»), с помощью которого Державин выражает свое отношение к Екатерине Великой. Это чувство восхищения ее деятельностью и личностью – просвещенная императрица внедряла в Россию много полезного, например, систему среднего образования. Однако автор вложил в образ много самоосуждения, ведь он говорит из уст типичного дворянина — развратного, глупого и бестолкового, который только мечтает, но ничего не делает. Через этот прием Державин (выходец из бедной семьи) демонстрирует то, как далеки высокопоставленные вельможи от нравственного идеала, который Фелица навязывает в произведениях своего сочинения. Образ автора впитал в себя все негативные черты знати, которая лишь паразитировала на государстве.
  3. Восхищенные взгляды, увы, вызывает только Фелица, а ее окружение, напротив, исключительно презрение. Автор через лирического героя смеется над слабостями и пороками фаворитов Екатерины II, и это придает оде сатирический оттенок. Позднее, будучи придворным поэтом, Державин не постесняется прямо написать, кого имел в виду в своем произведении – князей А. Г. Орлова, П. И. Панина, Г. А. Потемкина, П. А. Вяземского и Л. В. Нарышкина. Он высмеивал их любовь к дорогим развлечениям, плотским удовольствиям, обильной еде и так далее. 

Темы и проблемы 

  • Основной темой оды является похвала деятельности и уму царицы. Несмотря на шутливую форму повествования, Державин действительно восхищался императрицей. Ее образ жизни он противопоставлял лености и бесполезности дворянского сословия: она предпочитала простую пищу, уделяла много времени физическому и умственному труду, занималась государственными делами и не стремилась к славе. Но это не ослепляло его, поэтому он обращался к ней через свой поэтический текст с советами: просил судить по закону всех одинаково, независимо от чина и статуса; порицал ее «пашей», то есть помощников, которые только живут в роскоши, но не помогают с правлением. 
  • Произвол и порочность окружения царицы — основная проблема оды «К Фелице». Поэт обличает чревоугодие, праздность, невежество и слабость государственных мужей, которые компрометируют императрицу.
  • Проблема права и бесправия, справедливости и несправедливости также прослеживается в тексте. Автор признает, что правосудие в руках царицы, но все же напоминает ей о том, что она пропагандирует следование заветам эпохи Просвещения, а значит, должна быть более демократичной и судить всех по заслугам, а не по чинам.
  • Еще одна тема произведения — просвещение. Автор иронично описывает досуг типичного дворянина: игры в дурака с женой, детские забавы, пиры и походы к портному. Ему он противопоставляет тягу императрицы к знаниям и ученым трудам. Однако он не устает подчеркивать контраст между тем, что восхваляет царица, и тем, что окружает ее на самом деле. 
  • Двойные стандарты элиты также стали темой для раздумья Державина. Он серьезно и вместе с тем шутливо перебирает достоинства страны Фелицы, где можно говорить все и не бояться казни. Он с тоном знатока перебирает виды телесных наказаний, применяемых в России, но говорит, что этого можно не бояться (еще бы, ведь повествование идет от лица вельможи, а не простого человека). Однако на практике это не так, ведь автор сравнивает свою идиллию с розой без шипов, то есть с тем, чего не бывает.

Источник: https://litrekon.ru/analiz-proizvedenij/k-felitse-derzhavin/

Литературный анализ оды

Почему державин назвал оду фелица. Сочинение анализ оды державина фелица

История создания оды “Фелица” интересна тем, что Гавриил Державин в желании угодить императрице взял за основу своего произведения её собственную работу, незадолго до того изданную маленьким тиражом. Естественно, у ярко талантливого стихотворца эта история заиграла более сочными красками, помимо этого, внеся в историю русского стихосложения новый стиль и сделавшая поэта знаменитостью.

Анализ оды

“Фелица” снабжена подзаголовком, который уточняет цель написания этого произведения.

В нём говорится об обращении к премудрой царевне татарского мурзы, который поселился в Москве, но находится по делам в Санкт-Петербурге.

Также чичтателя мистифицируют тем, что ода, якобы, переведена была с арабского языка. Анализ оды “Фелица” нужно начать с имени, которое не звучит родным ни русским, ни арабам.

Дело в том, что именно так назвала свою героиню Екатерина II в своей сказке о царевиче Хлоре.

Послужившая почвой итальянскому языку (тут можно вспомнить кого-нибудь вроде Кутуньо с возгласом “Феличита”) латынь переводит слово “фелица” (Felitsa – felicitas) как счастье.

Таким образом Державин с первой строки начал превозносить императрицу, далее не удержавшись и от сатиры в описаниях её окружения.

Художественный синтез

Анализ оды “Фелица” показывает установку на обыкновенную, принятую в те времена торжественную хвалебную оду к дате. Написанная традиционной строфикой оды – десятистишиями, и, как положено, четырёхстопным ямбом. Но до Державина никто ещё не посмел слить два противоположных по целевой направленности жанра – величественную хвалебную оду и едкую политическую сатиру.

Первой была ода “Фелица”.

Державин как бы “шагнул назад” в своём новаторстве, судя по точно выполненным условиям жанра, хотя бы в сравнении со “Стихами на рождение”, которые даже строфикой не разделены.

Однако это впечатление пропадает, как только читатель одолевает первые несколько строф. Всё-таки даже композиция оды “Фелица” представляет собой гораздо более широкого порядка художественный синтез.

Сказка “Фелицы”

Интересно рассмотреть, что за мотивы подвигли Державина на сочинение этого “фанфика”, что послужило первоосновой и достойна ли была эта тема продолжения. Судя по всему, достойна, и весьма.

Екатерина II написала свою сказку для внука, пока что мальенького, но в будущем великого Александра I.

В сказке императрицы речь идёт о киевском царевиче Хлоре, которого посетил киргизский хан, чтобы проверить, действительно ли царевич так умён и ловок, как о нём говорят.

Мальчик согласился пройти испытание и найти редчайший цветок – розу без колючек – и отправился в путь.

В дороге, ответив на приглашение мурзы Лентяга (говорящее имя), царевич пытается противостоять соблазнам той роскоши и безделья, которыми его соблазняет Лентяг.

По счастью, у этого киргизского хана была очень хорошая дочь, которую звали Фелицей, и ещё более хороший внук, которого звали Рассудок. Фелица отправила сына с царевичем, который вышел с помощью Рассудка к цели своего пути.

Мост между сказкой и одой

Перед ними была крутая гора, без троп и лестниц. Видимо, царевич и сам по себе был достаточно упорен, потому что, несмотря на огромный труд и испытания, на вершину он всё-таки взобрался, где и украсил свою жизнь розой без шипов, то есть добродетелью.

Анализ оды “Фелица” показывает, что, как в любой сказке, образы здесь условно-аллегорические, но у Державина в начале оды они встают очень крепко, и все одические зачины классических образцов, где непременно восхождение на Парнас и общение с музами, блекнут рядом с, казалось бы, простенькими образами детской сказочки.

Даже портрет Екатерины (Фелицы) дан абсолютно в новой манере, которая совершенно не похожа на традиционную хвалебную одопись. Обычно в одах чествуемый персонаж предстаёт в мало выразительном образе богини, шествующей по торжественным гулким рифмовкам стиха с тяжёлой ритмической одышкой. Здесь же поэт воодушевлён, и – что самое главное – оснащён поэтическим мастерством.

Стихи не хромают и не надуваются излишним пафосом. План оды “Фелица” таков, что Екатерина предстаёт перед читателем как умная, но простая и деятельная киргиз-кайсатская царевна. Хорошо играет на стройность построения этого образа и контраст – образ мурзы, порочного и ленивого, чем Державин пользуется на всём протяжении оды.

Отсюда и небывалое жанровое разнообразие, которым отличается ода “Фелица”.

Державин и императрица

Поза певца здесь тоже меняется по отношению к предмету воспевания, если рассматривать не только всю предыдущую русскую литературу, но даже и стихи самого Державина.

Иногда в оде ещё проскальзывает некая богоподобность царицы, но при всём этом и при общей почтительности, которую демонстрирует ода “Фелица”, содержание показывает и определённую короткость отношения, не фамильярность, но теплоту почти родственной близости.

А вот в сатирических строках Державин иногда может быть понят двойственно. Собирательные черты образа мурзы высмеивают всех по очереди вельмож Екатерины, причём именно здесь поэт не забывает и себя. Автоирония – тем более редкостный факт в поэзии тех лет.

Авторское “я” не лишено лирики, но ясно даётся понять, что “Таков, Фелица, я развратен!”, “Сегодня властвую собою, а завтра прихотям я раб”. Появление в оде такого авторского “я” – факт огромного художественного значения.

Ломоносов тоже начинал оды с “я”, но как верноподданный раб, а у Державина автор – конкретный и живой.

Повествование от автора

Естественно, композиция оды “Фелица” не выдержала бы полновесную авторскую индивидуальность. Державин чаще всего подаёт под авторским “я” условный образ певца, который обычно всегда присутствует в одах так же, как в сатирах.

Но есть разница: в оде поэт играет только священный восторг, а в сатире только негодование.

“Однострунные” жанры Державин объединил созданием живого человеко-поэта, с абсолютно конкретной жизнью, с многообразием чувств и переживаний, с “многострунной” музыкой стиха.

Анализ оды “Фелица” непременно отмечает не только восторг, но и гнев, хулу и хвалу в одном флаконе. По ходу успевает лукавить, иронизировать.

То есть ведёт себя на протяжении всего произведения как совершенно нормальный и живой человек. И необходимо отметить, что эта индивидуальная личность обладает несомненными чертами народности.

В оде! И теперь подобный случай был бы беспрецедентным, если кто-то в наше время писал бы одические стихи.

О жанрах

Ода “Фелица”, содержание которой настолько богато противоречиями, словно тёплыми солнечными лучами согрета лёгкой разговорной речью из реальности быта, лёгкой, простой, иногда шутливой, что прямо противоречит законам этого жанра. Более того, здесь случился жанровый переворот, почти революция.

Надо пояснить, что русский классицизм не знал стихов как “просто стихи”. Вся поэзия была строго поделена на жанры и виды, резко разграничена, и границы эти стояли незыблемо. Ода, сатира, элегия и другие виды стихотворного творчества никак не могли смешиваться друг с другом.

Здесь традиционные категории классицизма сломаны напрочь после органичного слияния оды и сатиры. Это касается не только “Фелицы”, Державин делал это и раньше, и позже. Например, ода “На смерть князя Мещерского” – наполовину элегия. Жанры становятся полифоничными с лёгкой руки Державина.

Успех

Колоссальный успех достался этой оде сразу после опубликования: “У каждого умеющего читать по-русски она в руках очутилась” – по словам современника.

Сначала Державин остерегался широко публиковать оду, пытался скрывать авторство (вероятно, изображённые и весьма узнаваемые вельможи были мстительными), но тут появилась княгиня Дашкова и напечатала “Фелицу” в журнале “Собеседник”, где и сама Екатерина II не гнушалась сотрудничать.

Императрице ода очень понравилась, она даже плакала от восторга, велела немедленно разоблачить авторство и, когда это произошло, послала Державину золотую табакерку с дарственной надписью и пятьсот червонцев в ней. Именно после этого к поэту пришла настоящая слава.

Источник: https://FB.ru/article/216861/literaturnyiy-analiz-odyi-felitsa-gavriil-romanovich-derjavin-oda-felitsa

Почему державин назвал оду фелица. Сочинение анализ оды державина фелица

Почему державин назвал оду фелица. Сочинение анализ оды державина фелица

В 1782 году еще не очень известный поэт Державин написал оду, посвященную “киргиз-кайсацкой царевне Фелице”. Ода так и называлась “К Фелице”. Трудная жизнь многому научила поэта, он умел быть осторожным.

Ода прославляла простоту и гуманность обхождения с людьми императрицы Екатерины II и мудрость ее правления. Но одновременно обычным, а то и грубоватым разговорным языком она повествовала о роскошных забавах, о праздности слуг и придворных Фелицы, о “мурзах”, которые отнюдь не достойны своей правительницы.

В мурзах прозрачно угадывались фавориты Екатерины, и Державин, желая, чтобы ода в руки императрицы поскорее попала, одновременно этого и опасался. Как самодержица посмотрит на его смелую выходку: насмешку над ее любимцами! Но в конце концов ода оказалась на столе Екатерины, и та пришла от нее в восторг.

Дальновидная и умная, она понимала, что придворных следует время от времени ставить на место и намеки оды – прекрасный для этого повод. Сама Екатерина II была писательницей (Фелица – один из ее литературных псевдонимов), оттого сразу оценила и художественные достоинства произведения.

Мемуаристы пишут, что, призвав к себе поэта, императрица щедро его наградила: подарила золотую табакерку, наполненную золотыми червонцами.

К Державину пришла известность. Новый литературный журнал “Собеседник Любителей Российского Слова”, который редактировала подруга императрицы княгиня Дашкова, а печаталась в нем сама Екатерина, открывался одой “К Фелице”. О Державине заговорили, он стал знаменитостью.

Только ли в удачном и смелом посвящении оды императрице было дело? Конечно же, нет! Читающую публику и собратьев по перу поразила сама форма произведения. Поэтическая речь “высокого” одического жанра звучала без экзальтации и напряженности. Живая, образная, насмешливая речь человека, хорошо понимающего, как устроена реальная жизнь.

Об императрице, конечно же, говорилось похвально, но тоже не высокопарно. И, пожалуй, впервые в истории русской поэзии как о простой женщине, не небожителе:

Мурзам твоим не подражая,

Почасту ходишь ты пешком,

И пища самая простая

Бывает за твоим столом.

Усиливая впечатление простоты и естественности, Державин отваживается на смелые сопоставления:

Подобно в карты не играешь,

Как я, от утра до утра.

И, больше того, фривольничает, вводя в оду неприличные по светским нормам того времени детали и сценки. Вот как, например, проводит свой день придворный-мурза, празднолюбец и безбожник:

&nbs p; Иль, сидя дома, я прокажу,

Играя в дураки с женой;

То с ней на голубятню лажу,

То в жмурки резвимся порой,

То в свайку с нею веселюся,

То ею в голове ищуся;

То в книгах рыться я люблю,

Мой ум и сердце просвещаю:

Полкана и Бову читаю,

Над Библией, зевая, сплю.

Произведение было наполнено веселыми, а нередко и язвительными намеками. На любящего плотно поесть и хорошо выпить Потемкина (“Шампанским вафли запиваю / И все на свете забываю”). На кичащегося пышными выездами Орлова (“великолепным цугом в карете англинской, златой”).

На готового бросить все дела ради охоты Нарышкина (“о всех делах заботу / Оставя, езжу на охоту / И забавляюсь лаем псов”) и т. д. В жанре торжественной похвальной оды так еще никогда не писали. Поэт Е. И. Костров выразил общее мнение и одновременно легкую досаду по поводу удачливого соперника.

В его стихотворном “Письме к творцу оды, сочиненной в похвалу Фелицы, царевны Киргизкайсацкой” есть строки:

Признаться, видно, что из моды

Уж вывелись парящи оды;

Ты простотой умел себя средь нас вознесть.

Императрица приблизила к себе Державина. Помня о “бойцовских” свойствах его натуры и неподкупной честности, отправляла на различные ревизии, заканчивающиеся, как правило, шумным возмущением проверяемых. Поэт назначался губернатором Олонецкой, затем Тамбовской губернии.

Но долго не удерживался: слишком рьяно и властно расправлялся с местными чиновниками. В Тамбове дело зашло так далеко, что наместник края Гудович подал в 1789 году жалобу императрице на “самоуправство” не считающегося ни с кем и ни с чем губернатора. Дело было передано в Сенатский суд.

Державина отставили от должности и до окончания судебного разбирательства обязали жить в Москве, как сказали бы сейчас, под подпиской о невыезде.

И хотя поэта оправдали, он остался без должности и без расположения государыни. Рассчитывать можно было вновь лишь на себя самого: на предприимчивость, даровитость и удачу. И не падать духом.

В составленных уже в конце жизни автобиографических “Записках”, в которых поэт говорит о себе в третьем лице, он признается: “Не оставалось другого средства, как прибегнуть к своему таланту; вследствие чего написал он оду “Изображение Фелицы” и к 22-му числу сентября, то есть ко дню коронования императрицы, передал ее ко двору Императрица, прочетши оную, приказала любимцу своему (имеется в виду Зубов, фаворит Екатерины, – Л. Д.) на другой день пригласить автора к нему ужинать и всегда принимать его в свою беседу”.

В 1782 году еще не очень известный поэт Державин написал оду, посвященную “киргиз-кайсацкой царевне Фелице”. Ода так и называлась “К Фелице”. Трудная жизнь многому научила поэта, он умел быть осторожным.

Ода прославляла простоту и гуманность обхождения с людьми императрицы Екатерины II и мудрость ее правления. Но одновременно обычным, а то и грубоватым разговорным языком она повествовала о роскошных забавах, о праздности слуг и придворных Фелицы, о “мурзах”, которые отнюдь не достойны своей правительницы.

В мурзах прозрачно угадывались фавориты Екатерины, и Державин, желая, чтобы ода в руки императрицы поскорее попала, одновременно этого и опасался. Как самодержица посмотрит на его смелую выходку: насмешку над ее любимцами! Но в конце концов ода оказалась на столе Екатерины, и та пришла от нее в восторг.

Дальновидная и умная, она понимала, что придворных следует время от времени ставить на место и намеки оды – прекрасный для этого повод. Сама Екатерина II была писательницей (Фелица – один из ее литературных псевдонимов), оттого сразу оценила и художественные достоинства произведения.

Мемуаристы пишут, что, призвав к себе поэта, императрица щедро его наградила: подарила золотую табакерку, наполненную золотыми червонцами.

К Державину пришла известность. Новый литературный журнал “Собеседник Любителей Российского Слова”, который редактировала подруга императрицы княгиня Дашкова, а печаталась в нем сама Екатерина, открывался одой “К Фелице”. О Державине заговорили, он стал знаменитостью.

Только ли в удачном и смелом посвящении оды императрице было дело? Конечно же, нет! Читающую публику и собратьев по перу поразила сама форма произведения. Поэтическая речь “высокого” одического жанра звучала без экзальтации и напряженности. Живая, образная, насмешливая речь человека, хорошо понимающего, как устроена реальная жизнь.

Об императрице, конечно же, говорилось похвально, но тоже не высокопарно. И, пожалуй, впервые в истории русской поэзии как о простой женщине, не небожителе:

Мурзам твоим не подражая, Почасту ходишь ты пешком, И пища самая простая Бывает за твоим столом.

Усиливая впечатление простоты и естественности, Державин отваживается на смелые сопоставления:

Подобно в карты не играешь, Как я, от утра до утра.

И, больше того, фривольничает, вводя в оду неприличные по светским нормам того времени детали и сценки. Вот как, например, проводит свой день придворный-мурза, празднолюбец и безбожник:

Иль, сидя дома, я прокажу, Играя в дураки с женой; То с ней на голубятню лажу, То в жмурки резвимся порой, То в свайку с нею веселюся, То ею в голове ищуся; То в книгах рыться я люблю, Мой ум и сердце просвещаю: Полкана и Бову читаю, Над Библией, зевая, сплю.

Произведение было наполнено веселыми, а нередко и язвительными намеками. На любящего плотно поесть и хорошо выпить Потемкина (“Шампанским вафли запиваю / И все на свете забываю”). На кичащегося пышными выездами Орлова (“великолепным цугом в карете англинской, златой”).

На готового бросить все дела ради охоты Нарышкина (“о всех делах заботу / Оставя, езжу на охоту / И забавляюсь лаем псов”) и т.д. В жанре торжественной похвальной оды так еще никогда не писали. Поэт Е.И. Костров выразил общее мнение и одновременно легкую досаду по поводу удачливого соперника.

В его стихотворном “Письме к творцу оды, сочиненной в похвалу Фелицы, царевны Киргизкайсацкой” есть строки:

Признаться, видно, что из моды Уж вывелись парящи оды; Ты простотой умел себя средь нас вознесть.

Императрица приблизила к себе Державина. Помня о “бойцовских” свойствах его натуры и неподкупной честности, отправляла на различные ревизии, заканчивающиеся, как правило, шумным возмущением проверяемых. Поэт назначался губернатором Олонецкой, затем Тамбовской губернии.

Но долго не удерживался: слишком рьяно и властно расправлялся с местными чиновниками. В Тамбове дело зашло так далеко, что наместник края Гудович подал в 1789 году жалобу императрице на “самоуправство” не считающегося ни с кем и ни с чем губернатора. Дело было передано в Сенатский суд.

Державина отставили от должности и до окончания судебного разбирательства обязали жить в Москве, как сказали бы сейчас, под подпиской о невыезде.

И хотя поэта оправдали, он остался без должности и без расположения государыни. Рассчитывать можно было вновь лишь на себя самого: на предприимчивость, даровитость и удачу. И не падать духом.

В составленных уже в конце жизни автобиографических “Записках”, в которых поэт говорит о себе в третьем лице, он признается: “Не оставалось другого средства, как прибегнуть к своему таланту; вследствие чего написал он оду “Изображение Фелицы” и к 22-му числу сентября, то есть ко дню коронования императрицы, передал ее ко двору Императрица, прочетши оную, приказала любимцу своему (имеется в виду Зубов, фаворит Екатерины, – Л.Д.) на другой день пригласить автора к нему ужинать и всегда принимать его в свою беседу”.

Источник: https://postur.ru/shoulder/pochemu-derzhavin-nazval-odu-felica-sochinenie-analiz-ody-derzhavina.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.